Только 9 % украинских беженцев в Северной Европе хотят вернуться на Украину после окончания войны, согласно новому отчёту NIBR. То, что имеет наибольшее значение для решения о возвращении, — это доверие к украинским властям, а не регион Украины, откуда они приехали, и не то, насколько пострадал их родной город.

Что показывает новое исследование о возвращении на Украину?

Исследовательский фонд NIBR при OsloMet по заказу Министерства иностранных дел проанализировал, что побудит украинских беженцев вернуться домой. Доклад «Why return to Ukraine?» (NIBR-доклад 2025:4) основан на опросе 3 379 вынужденных мигрантов из Украины в Норвегии, Швеции, Дании и Финляндии, проведённом осенью 2024 и зимой 2025 года, а также на интервью с беженцами и украинскими должностными лицами.

Цифры вселяют мало надежды для украинских властей, мечтающих о массовом возвращении:

  • 9 % говорят, что вернутся сразу же после окончания войны.
  • 14 % хотят вернуться со временем.
  • Почти половина не планирует возвращаться в ближайшее время, и примерно 40 % вообще не видят себя возвращающимися на Украину.

Важный момент: большинство хотят вернуться только в свой родной город. Целых 82 % говорят, что предпочтут остаться в стране пребывания, чем начинать жизнь заново в другом украинском городе — например, если их родной город оккупирован или разрушен.

Доверие к властям имеет наибольшее значение

Когда исследователи провели регрессионный анализ ответов, выявилась одна явно сильнейшая факторов: доверие респондентов к украинским властям. Без такого доверия вероятность желания вернуться крайне низка.

Ещё более неожиданно то, чего исследователи не обнаружили. Регион Украины, откуда приехали люди — находится ли он под контролем России, насколько серьёзно он пострадал от войны — не имеет существенного влияния на желание вернуться. Те, кто приехал из оккупированных территорий, которые впоследствии были освобождены украинскими силами, немного более мотивированы на возвращение.

Половина (51 %) опасаются негативного отношения со стороны тех, кто остался в Украине после вторжения в 2022 году. Кроме того, мужчины гораздо менее склонны, чем женщины, хотеть вернуться — исследователи интерпретируют это как страх перед стигматизацией или мобилизацией на фронт.

Дети — главная причина остаться

Для семей с детьми решение прежде всего зависит от детей. 86 % указывают на неопределённое и нестабильное будущее детей как решающий фактор, а 58 % беспокоятся о том, насколько сложно будет вернуть детей в украинскую школу после нескольких лет отсутствия.

Родители, живущие в Норвегии с детьми младше 18 лет, реже хотят вернуться домой. Несколько беженцев, опрошенных в исследовании NIBR, описывают возвращение детей как «повторное вырывание с корнями». Мы подробнее рассматриваем это в статье о украинских детях между норвежской и украинской школой.

Однако семейные узы действуют в обе стороны: наличие супруга или ребёнка, которые ещё находятся на Украине, увеличивает мотивацию на возвращение.

Почему возвращение «неправильных» людей — проблема?

Украинская политика возвращения зиждется на глубоком демографическом кризисе. Численность населения упала с около 52 миллионов в начале 1990-х годов до более 43 миллионов перед полномасштабным вторжением в 2022 году. Министерство национального единства оценивает население на 2024 год в около 32 миллионов.

Парадокс заключается в том, что те, кто фактически возвращается сейчас, в основном — пожилые люди и люди со здоровыми проблемами, а не трудоспособные работники, которые могли бы укрепить рабочую силу, в которой Украина отчаянно нуждается. Трудоспособные люди чаще остаются за границей.

Для решения этой проблемы Украина в декабре 2024 года создала отдельное Министерство национального единства, возглавляемое Олексием Чернышовым. Это министерство должно как развивать национальную идентичность, так и содействовать добровольному возвращению. Также идут работы над изменением закона, которое позволит двойное гражданство — то, что ранее было запрещено на Украине.

Что эти результаты означают для украинцев в Норвегии?

По состоянию на 1 мая 2026 года 86 184 украинца имели статус коллективной защиты в Норвегии, согласно УДИ. Эта программа была продлена «в последний раз» до марта 2027 года, и те, кто получил разрешение на самый долгий период, могут продлить его на четвёртый и пятый год. В то же время правила становятся строже: с 5 мая 2026 года украинские мужчины в возрасте от 18 до 60 лет больше не получают автоматически коллективную защиту, а должны подать заявление на индивидуальную защиту. Подробнее о новых правилах для украинских мужчин в Норвегии.

Как Управление Верховного комиссара ООН по делам беженцев (УВКБ ООН), так и Международная организация по миграции (МОМ) считают, что предпосылки для безопасного и достойного возвращения ещё не созданы, и что возвращение должно быть добровольным и информированным. Исследование указывает на то, что норвежские власти посылают «двойные сигналы»: на национальном уровне подчёркивается, что пребывание носит временный характер, в то время как муниципалитеты и работодатели приветствуют рабочую силу. Эта неопределённость определяет повседневную жизнь многих. Мы более подробно рассмотрели как украинцы переходят от временной защиты к работе, и путь к постоянному пребыванию украинцев в Норвегии.

Вывод исследования трезв: даже справедливый мир только частично вернёт беженцев домой. Доверие, безопасность и будущее для детей должны быть обеспечены в первую очередь.

Источник: Holm-Hansen, J., Deineko, O., Myhre, M. H. & Aasland, A. (2025): Why return to Ukraine? An analysis of Ukraine's evolving return policies and the motivations of refugees to return. NIBR-доклад 2025:4, подготовленный OsloMet по заказу Министерства иностранных дел. Цифры и цитаты из интервью взяты из доклада. Обновлённые цифры о пребывании в Норвегии: УДИ и regjeringen.no (2026).